Ваня, зайчик и суслик
Идёт Ваня по грибы. Стал переходить ржаное поле. Вдруг видит – притаился серенький комочек. Ваня подкрался к нему и накрыл его фуражкой. Это оказался маленький зайчишка. Принёс Ваня его домой, стал зайчишку кормить. Зайчишка рос весёлый, и привязались они друг к другу. И если нет долго Вани – зайчишка скучает.
А Ваня торопится домой повидать зайчика.
Пришла зима. Зайчик стал жить в сенях с поросёнком Борькой и стал уже не зайчишкой, а большим зайцем. Ваня каждое утро, как встанет, откроет дверь в сенцы, стукнет ложкой по сковороде – заяц тут как тут, пляшет перед Ваней. Ваня покормит его и в школу, а из школы –быстрей к своему другу. Душой приросли друг к другу. Но однажды встал Ваня утром, стукнул по сковороде, а зайца нет. Долго стучал, а зайца всё нет. Вышел в сенцы – и в сенцах нигде не видно. Ваня толкнул развалившегося Борьку. Борька нехотя встал. И тут Ваня не поверил своим глазам. Его заяц лежит плоский, как доска – раздавленный. Слёзы навернулись у Вани на глаза, и злость такая на Борьку, который, как ни в чём ни бывало, ходил и похрюкивал. Схоронил зайца Ваня, а забыть его никак не может.
Прошла зима, настало лето. Ваня снова ходит по лесу, чтобы ещё найти зайца, но никак не может. Однажды он поймал суслика и принёс его домой. Огородил ему место, посадил и стал кормить. Суслик в ответ только зубы оголяет. Не ест, ну и не надо. Уйдёт от него Ваня, а суслик втихомолку с едой управится. Сразу норы себе стал рыть. «Нет,– думает Ваня – меня не проведёшь». Вкопал в землю в несколько рядов кругом кирпичи, чтобы суслик не подрыл. А суслик всё такой же, никак не впускает в свою душу Ваню. Пробовал Ваня с ним откровенно заговорить, дак он ему прокусил палец, и с каждым днём становился всё злее и злее. Однажды, встав утром, Ваня понёс, еду суслику, но суслика не оказалось. Когда суслик набрал силу, нарезал нору вглубь, обошёл кирпичи – и был таков. Ваня о нём не скучал.
Однажды на лужайке, где паслись коровы, на Ваню бросился молодой бык. Ваня испугался и влез на дерево, бык рога в дерево вонзает, копытами землю роет, не отходит. Страшно стало Ване, и он чуть не заплакал. И тут он вспомнил про зайца и суслика, что они тоже были в таком же положении, что они тоже так же страдали, и им было больно. Но они не распускали нюни, особенно суслик. И тут понял Ваня, что зайца ему только жалко, а суслика нет – потому, что суслик боролся за свою жизнь, а зайчик – нет. Тот, кто не борется, тот погибает и испытывает к себе только жалость, а борец питает к себе уважение. Так вот он каков, суслик.